PL       RU  
Главная Выдающиеся деятели Судьбы Документы Контакты

LOSY

ПАМЯТЬ СЕРДЦА (История разлученной семьи)

Моя мама, Ефимова Валентина, родилась в 1924 году в Ленинградcкой области. В 1942 году, во время войны немцы угнали ее на работы в Германию. Моего отца, Стефана Гнилка , также насильно угнали из Польши на работы в Германию. Отец родом был из местечка Выджын, гмина Чарножылы, повят Велюнь. Мама познакомилась с отцом в Германии. Они жили в лагере в 45-ти км от Гамбурга, близ города Штаде. Отца послали работать на завод, а маму - служанкой. В 1945-м году английские войска освободили всех пленных.

Я родилась в Германии в городе Штаде 16 сентября 1945 г. Крестили меня в костеле в Германии, мои крестные были поляками, крестный Войчех Чеслав, крестная - Нина Бронислава, из Лодзи. В 1946-м году наша семья переехала в Польшу. Там советское командование насильно отправило маму как советскую гражданку обратно в Россию. Отец был в отчаянии, даже похитил меня и скрывал – но все равно меня нашли и отняли у отца, и ничего он не мог сделать. После переезда связь с отцом была потеряна. Маму по приезде начали вызывать на допросы в НКВД, затем отправили в лагерь на лесозаготовки. Там она провела всю свою жизнь, а я лишилась и отца, и матери. Меня взяла к себе бабушка. В России мне было очень трудно жить и учиться, и работать, так как в документах была запись «родилась в Германии». Дорога везде была закрыта, хотя я пыталась доказать, что отец мой - поляк, ничего не менялось. Особенно было трудно в школе - не принимали ни в комсомол, ни в пионеры, занижали оценки. Дети враждебно относились ко мне, они часто были бессердечны и жестоки по отношению ко мне, называли фашистской.

В 1966-м году я познакомилась со своим будущим мужем, вышла замуж и переехала жить в Азербайджан. Сейчас у меня хорошая семья, прекрасный муж, трое детей. Все дети получили высшее образование. Муж – врач , судебно-медицинский эксперт. Старшая дочь Тамила - врач стоматолог. Сын Севин – по специальности международный экономист, младшая дочь Сабина – юрист. Я довольна своей семьей и своими детьми.

Я в течение 50 лет безуспешно искала своего отца. Обращалась во все инстанции, организации и даже на телевидение ( в передачу «Жди меня»), писала в организацию международный Красный крест, обращалась за помощью к добровольцам. Поиски осложняла ситуация, сложившаяся в СССР, границы были закрыты, к архивам Германии и СССР доступ был также закрыт.

В последние годы к поискам активно подключился мой сын Севин.

Я уже было потеряла надежду после стольких лет поисков, как вдруг в результате объявления, которое мой сын поместил на поисковом сайте, из Польши отозвалась женщина и начала нам помогать. Зовут ее Алиция Цыбульска , она из города Устка. Совместными усилиями наши поиски стали приносить плоды. После обращения в военный архив Германии и долгой переписки с ними мы все-таки получили копии документов, где было указано место рождения, имя и фамилия моего отца. На немецком документе фамилию отца исказили, что не сходилось с другими документами. Мой сын специально поехал за документами в Германию.

Мы узнали, что после войны отец жил во Вроцлаве, создал там вторую семью и у нас есть родственники!

Я до сих пор не могу поверить в это чудо. Жаль, что я не успела увидеть его живым, крепко обнять и сказать, как же мне не хватало его всю жизнь, что я всегда хранила память о нем в моем сердце и не теряя надежды, искала его, чего бы мне это не стоило. Но я благодарна Богу, что в конце концов смогла попасть к нему на могилу, взять клочок земли у дома, в котором он прожил всю свою жизнь, постоять в доме, который хоть и разрушен, но стены его настолько родные, это как дворец для меня . По отцу у меня три брата -Зыгмунт, Александр и Рышард. Старшего брата Рышарда я уже не застала в живых. У меня оказалось 9 племянниц и 2 племянника!

В 2010 году в августе месяце я с детьми поехала на свадьбу моей племянницы Агнешки - дочери Зыгмунта. На свадьбе было очень много родственников, и я со всеми познакомилась. Родственники приехали из Германии, Франции, Англии, Италии и даже далекой Австралии. Братья мне сказали, что это только половина моих родственников. Для себя большего подарка судьбы я и представить не могла, всю жизнь жила, чувствуя себя сиротой в чужой стране, не ведая, что в Польше у меня такая большая и дружная семья. Тогда же я познакомилась со своей тетей, которая меня когда-то нянчила и ухаживала за мной , познакомилась с единственным еще здравствующим братом.

В Польше меня и моих детей встретили очень тепло, очень родственно и гостеприимно. В семье Гнилка есть генеалогическое древо, в которое вписаны все родственники. Его создал и вел мой отец. В него же была вписана и я , Мирослава.

После стольких лет одиночества, не имея надежду найти отца, я и представить не могла, что Бог меня так вознаградит, и в старости сбудется моя мечта. Мне не было дано жить рядом с отцом, знать его живым, но мне дан теперь шанс общаться с семьями моих братьев. Теперь меня с моей семьей никто не разлучит. Мы перезваниваемся, общаемся и будем ездить друг к другу. Дети мои и племянники очень подружились .Общаются и рассказывают каждый про страну, в которой живет, им очень интересно узнавать про разные культуры и традиции. Когда мы гостили в Польше, жена моего брата Хелена каждый день готовила нам вкуснейшие польские блюда, она прекрасная хозяйка и очень хороший человек. Мы же в свою очередь удивляли их азербайджанской традиционной кухней. После встречи осталось много теплых воспоминаний, которые греют мою душу в ожидании следующей встречи.

Вот так встреча моих родителей, переживших страшные годы, в конце концов привели к соединению разных людей в разных странах.

Лидия-Мирослава Гнилка-Гусейнова

Журнал "Кавказская Полония", №39

Семейная сага Будзишевских

В Баку, в семье Григория Михайловича Палатникова - Будзишевского бережно хранятся старинные фотографии и документы прадеда Фердинанда Будзишевского – ссыльного поляка, повстанца 1863 года.

Отец Фердинанда Будзишевского, Антони Будзишевский, принадлежал к старинному знатному польскому роду Будзишевских (герб Гжимала). Антони принимал самое активное участие в польском восстании 1863 года. За участие в восстании он был казнен, а его сыновья были отправлены в ссылку. Младший сын Фердинанд, которому было тогда всего лишь 15 лет (он родился в 1948 году), оказался в ссылке на Кавказе. Юноша, совсем мальчик - cколько ему пришлось вынести сразу - гибель отца, потеря Родины, ссылка в далекий, незнакомый край. Отсутствие опоры, средств к существованию. Но он выстоял.

Фердинанд Антонович, как его именовали по- русски, вначале служил в Восточном департаменте канцелярии Кавказского Наместника в Тифлисе. Какое-то время он был прикомандирован ко Двору Персидского Шаха и за свою работу по укреплению связи Персии с Россией был награжден Шахом персидским орденом «Льва и Солнца».

По возвращении в Россию. Фердинанд Антонович был направлен в Баку. Как ссыльный, Фердинанд был лишен права выезжать куда-либо с места ссылки. Шли годы, молодой человек мечтал о семье, была у него и любовь, которая закончилась драматично – девушка предпочла выйти замуж за другого.

Но Фердинанд находит в себе силы справиться и с этой личной трагедией. Он подает прошение - просит разрешить ему выехать всего лишь на месяц в Польшу, чтобы найти себе невесту и жениться. Шаг решительный и рискованный! Молодой человек получает разрешение и полный надежд отправляется в Польшу.

Но вот проходит месяц в Польше – а Фердинанд все еще один. Он не смог найти себе невесту. Ссыльный с далекого Кавказа, из неведомого дикого края? Нет, это не подходящая партия для девушки из хорошей семьи, пусть даже жених происходит из знатного польского рода Так и пришлось бы Фердинанду уехать ни с чем, если бы не счастливый случай.

Перед самым отъездом Фердинанд познакомился с семьей Гарновских. Панна Юзефина Гарновска решила посвятить свою жизнь Богу и стать монахиней. Родители напрасно пытались отговорить дочку от этого намерения. Характер у панны Юзефины был твердый и целеустремленный. Встреча с молодым ссыльным поляком что-то меняет в ее мировоззрении. Юный поляк, который сражался за свободу Польши, принес в жертву Родине свое благополучие, перенес ссылку и все трудности нелегкой жизни ссыльного – разве он не пожертвовал всем? Разве он не достоин обрести жену и семью? И разве не должна полька-патриотка в свою очередь пожертвовать своим благополучием, составить семейное счастье ссыльному повстанцу, последовать за ним в ссылку и делить с ним все трудности жизни. Эта жертва будет так же угодна Богу, как и монашество.

Решено – Юзефина выйдет замуж за Фердинанда!

Но осуществить это решение оказалось тоже непросто. К моменту встречи с Фердинандом, Юзефина уже принесла первые монашеские обеты. Пришлось отправиться в Ватикан и обратиться с просьбой к самому Папе Римскому, чтобы получить разрешение на брак. Юзефина получила разрешение на брак, но при одном условии – всю жизнь носить только черные одежды. Юзефина Гарновска-Будзишевска выполнила это условие. Мы видим ее на старинной фотографии спустя уже многие годы в черном платье. Прекрасное, строгое лицо польской католички-патриотки, достойной и верной жены польского повстанца.

Судьба была благосклонна к молодой чете. На службе в Баку Фердинанд добивается больших успехов В 1890 годах он становится заместителем городского головы г.Баку , известным в городе человеком, пользующимся всеобщим уважением. В его ведении распределение земельных участков г. Баку, разрешение на постройку жилых домов и промышленных объектов. На этом посту он приобретает известность своим бескорыстием и абсолютной честностью. Весьма показательно в этом смысле то, что, проработав на этом посту вплоть до выхода в отставку, он так и не построил собственного дома, и семья жила в домах, взятых в аренду. Объяснял он это тем, что не желает, чтобы говорили, будто бы он построил дом, пользуясь своим служебным положением.

В отставку Фердинанд Антонович выходит, будучи Действительным Статским советником, что согласно Табели о рангах, соответствует воинскому званию Генерал-майора. Юзефина Будзишевская все свое свободное время посвящала благотворительности и принимала самое активное участие в строительстве католического собора в Баку. Фердинанд Будзишевский скончался в г. Баку в 1913 году.

У супругов Фердинанда и Юзефины Будзишевских родились дети: три дочери – Ядвига, Тереса и Виктория и два сына – Павел и Антон, который умер в раннем детстве.

Тереса вскоре после замужества трагически погибла вместе со своим мужем. Виктория вышла замуж за инженера-нефтяника Франца Вишнеовского и имела пятерых детей: Янину, Валентину, Генриха, Станислава и Юрия. Потомки Виктории и сейчас живут в Баку Старшая дочь Ядвига вышла замуж за геолога Бронислава Богдановича, и у них родились три дочки – Кларисса, Хелена и Андзя. Их потомки сейчас живут в России. У Павла Фердинандовича ( 1887 -1958) было трое детей – Тереза, Анатолий и Юзефа. Павел работал управляющим канцелярией у известного польского нефтяного магната Стефана Рыльского, в доме которого и познакомился со своей будущей женой Евгенией Николаевной Вишневской. После революции, в начале 20 годов, Павел с женой и детьми были выселены из собственного дома и оказались на улице с детьми без крыши над головой. Семью приютил в здании школы ксендз польского костела. Со временем Павел нашел себе работу в системе «Бакэнерго», а затем до выхода на пенсию работал в Азербайджанском Техснабе. Будучи знатоком и ценителем польской литературы, он публиковал работы о творчестве польских писателей. Сын Павла, Анатолий Будзишевский в 1941 году ушел добровольцем на фронт и пропал без вести в боях за освобождение Польши в 1945 году. Потомок польских повстанцев не уронил чести рода Будзишевских…

Старшая дочь – Тереза, рано овдовев, всю войну проработала на военном заводе, воспитала двух детей, в настоящее время проживает вместе с ними в Санкт- Петербурге. Младшая дочь Павла - Юзефа начала во время войны работать телеграфисткой. Юзефа не хотела работать в тылу, она рвалась на фронт. Подавала заявления с просьбой отправить ее в действующую армию. В этих заявлениях она прибавляла себе возраст, вместо своих 16 лет писала, что ей 18, лишь бы получить положительный ответ. В конце концов, всеми правдами и неправдами ей удалось оказаться на вокзале и сесть в эшелон, отправляющийся на фронт. Отец, узнав об этом, успел приехать на вокзал до отправки поезда, нашел беглянку и вернул её домой.
Брат Юзефины Старший брат Фердинанда Григорий Палатников

После войны, в 1946 году Юзефа вышла замуж за фронтовика, кадрового военного Михаила Григорьевича Палатникова. В 1947 году у них родился сын Григорий, а в 1949 - Александр.

Александр Михайлович, врач- стоматолог, с семьёй проживает в Санкт- Петербурге. Григорий Михайлович - кандидат биологических наук, старший научный сотрудник Института физиологии Академии наук Азербайджана работает в лаборатории экологической физиологии и токсикологии, автор более 50 печатных работ. Основной научный интерес – физиология нервной системы осетровых рыб.

С 1995 года по настоящее время Григорий Михайлович занимается изучением влияния загрязнения окружающей среды на генетический аппарат различных живых организмов в различных районах Азербайджана. Эти работы проводятся совместно с учеными из Техасского и Индианского университетов США. Эти работы весьма актуальны для Азербайджана, так как позволяют оценить генотоксическую обстановку в стране и степень риска для проживающих в различных регионах Республики. Особенно важны эти работы для оценки воздействия нефтедобычи и транспортировки нефти на окружающую среду. Для обработки и обсуждения полученных данных, Григорий Михайлович, по приглашению проф.Дж. Бикхэма из Техасского A&M университета выезжал в Техас. По результатам работы в лаборатории Техасского университета, в международной научной печати была опубликована серия статей о генотоксическом состоянии Бакинской бухты, Сумгаитской промышленной зоны, Нефтечалинского и Алибайрамлинcкого участков реки Куры. Эти совместные научные работы продолжаются по настоящее время.

Ольга Южанина-Маковельская

Статья Г.М.Палатникова "Осетровая история Каспия" (pdf, 1.4 Mb)

Книга Г.М.Палатников, Р.Ю.Касимов "Осетровые - современники динозавров" (pdf, 4.7 Mb)

Вели-бек Ядигар

"4.VIII.1990 года на варшавском мусульманском кладбище состоялись похороны Вели-Бек Ядигара. Он был похоронен с воинскими почестями с участием почетного караула Войска Польского. В последний путь его провожали близкие родственники, друзья. Был отдан почетный салют, оркестр отыграл траурный марш Шопена. Молитвы над могилой отслужил имам варшавского и белостокского прихода Александр Али Халецкий.”
Pogrzeb azerskiego księcia, Życie Warszawy, N 181 (14477) 6 VIII 1990, c.8

22 декабря 1947 г. Генерал Бур-Комаровский направил в товарищество 7 полка Люблинских Уланов специальное заявление: „Подтверждаю, что в рядах Армии Краёвой еще в период конспирации был создан под командованием подполковника Вели Ядигара 7 полк Люблинских Уланов им. генерала К.Соснковского, криптоним «Олень». 7 полк Люблинских Уланов, известный своими блестящими боевыми традициями 1918-1920 гг. и преданный высшим идеалам верной и жертвенной воинской службы, оставил почетный след в истории Армии Краёвой. Я видел его храбрых солдат и в конспирации, и в бою. Они не щадили сил и жертв, вплоть до собственной жизни, выполняя порученные им задания. Я горжусь, что как командир АК имел возможность отдавать приказы 7 полку уланов”.

Главнокомандующий генерал Соснковский писал о Вели-бек Ядигаре:„ Не забывая о судьбах своей родной страны, он одновременно был для Польши преданным и наивернейшим сыном.”
Ułani Lubelscy, . s. 441-442

Воспоминания Зулейхи-ханум Ядигар-Калиновской
BIULETYN A.K.

Для меня было большой честью предложение Бюллетеня Армии Краёвой написать воспоминания о моём отце – АКовце. Я волнуюсь, потому что это приглашение от коллег из АК, и еще потому, что могу написать в бюллетень, знакомый мне с детства и молодости. Ведь в этот бюллетень – тогда он издавался в Лондоне – часто писал статьи мой отец.

Дипломированный полковник Вели-бек Ядигар был для послевоенной Польши противоречивой фигурой. С одной стороны, он считался нежелательной личностью: „белогвардеец”, в молодости воевавший за независимость своей первой родины – Кавказа; с другой стороны, его уважали видные польские военные деятели, которые говорили (в 70-х годах), что „Вели не обязан был оставаться верным Польше, поскольку был азербайджанцем”. В этом отношении высказывания моего отца всегда были одинаковы: – „Остаться в Польше во время войны было моим долгом”.

Вели бек Ядигар родился в октябре 1898 г. в родовом имении Такало, принадлежащем к району Борчалы (также родовому) в Азербайджане. Красивый, богатый, гостеприимный край. Юноша Вели-бек бросил учебу и пошел на войну. Борьба за свободу Кавказа закончилась тем, что в 1918 году Азербайджан, Грузия и Северный Кавказ провозгласили независимость, признанную de facto и de jure Лигой Наций. Когда Красная армия вновь заняла Кавказ, отец и его старший брат – Аббас Али (Арчил-бек Ядигар) получили распоряжение отца (владельца Борчалы) немедленно покинуть родные края. Юноши перебрались в Грузию, а оттуда бежали на пароходе в Европу. Во время краткого пребывания в Стамбуле им стало ясно, что быстрого возвращения домой не ожидается. В это время несколько стран (Турция, Греция, Франция и Польша) открыли свои границы и предложили политическое убежище молодым офицерам с Кавказа, обещая при этом продолжение военной карьеры. Молодые братья Ядигар выбрали далёкий ”Лехистан”. Это не было случайным решением – в их родовом имении служил поваром Мартин Яницкий – польский повстанец 1863 года. Вечерами, после своей работы, старый поляк рассказывал молодым кавказцам ”байки” о свободе и как за неё сражаются. Эти рассказы о подлинных событиях вызвали в молодых головах восхищение и уважение к народу, который так долго мог бороться за свою независимость – именно поэтому они выбрали Польшу.

В 1921 году Вели-бек и его старший брат приехали в Польшу. Их приняли очень радушно. После прохождения различных курсов для офицеров отец получил первое назначение - в 10 полк Конных Стрелков, который стоял в Ланьцуте. Во время очередных маневров он получил высокую оценку генерала Януша Глуховского (военного вице-министра и первого командира 7 полка Люблинских Уланов). Генерал и его жена Мария занялись молодым кавказцем. По указаниям генерала отец закончил Высшее Военное Училище (выпуск 1930-32), а затем был переведен в 7 полк уланов, с которым был связан до конца своей жизни.

Окружение, в котором он находился, было в основном легионерским. Закадычным другом отца стал генерал Станислав Гжмот-Скотницкий. Может быть, из-за него отец, который никогда не служил в легионах, стал легионером по своим взглядам. Трижды в жизни он встречался с маршалом Пилсудским. Первый раз - во время подготовки к экзаменам в военном училище. Перед свиданием с невестой он засиделся в Бельведерской библиотеке. Сильно опаздывая, он выскочил из дворца, не успев застегнуть по уставу длинный войсковой плащ. На бегу он натолкнулся на человека, который оказался Первым Маршалом Польши, Юзефом Пилсудским. Увидев перепуганную мину отдающего честь молодого человека, маршал с улыбкой спросил: ”А скажи-ка, парень, красивая она?”. ”Так точно, пан маршал!”- прозвучал ответ. ”Ну беги, только плащ свой застегни”.

Следующая встреча была во время визита важных гостей из Турции. Маршал потребовал: ”Позовите мне этого турка, пусть переводит”. „Турком” был мой отец. Третьей и последней встречей была 3-минутный почетный караул у катафалка маршала в мае 1935 года. Война застала отца на посту научного директора в Центре обучения кавалерии в Грудзензе. Он вернулся в свой полк и принимал участие в сражениях. Был взят в плен немцами. Через несколько месяцев был освобожден как „auslender”, т.е. чужестранец.

Немедленно по прибытии в Варшаву отец начал создавать 7 конспиративный уланский полк; был создателем и командиром ”Оленя” вплоть до 1944 г. Из рассказов „его хлопцев” – как он сам их называл – знаю, что был очень строгим и аккуратным командиром, но при этом его очень любили. Все считали, что с ним всегда ”счастливая звезда”, солдаты шли на задание спокойно, когда он шёл вместе с ними – они знали, что ничего плохого не случится. Из-за личной дружбы с генералом Бур-Коморовским у отца было две функции в АК. Кроме своего любимого полка, он был начальником отдела кавалерии в главном командовании. Я родилась в 1942 году в столичном городе Варшава, моя мать Ванда была связной в „Олене” а я „помогала” ей возить секретную почту в моей детской коляске. Когда был создан подконтрольный СССР аппарат власти в Польше, звучали призывы к восстанию в Варшаве, а Красная Армия занимала восточные польские земли, генерал Бур-Комаровский дал отцу личный приказ выехать на запад, а также обещание, что восстания пока не будет. 17 мая 1944 года мы покинули Варшаву и выехали в Вену.

Получив трагическую новость о начале восстания, отец вернулся в Польшу. К сожалению, было уже слишком поздно. Полк был почти полностью уничтожен при неудачной атаке на здание гестапо у аллеи Шуха. Тогда отец, сохранив полковое знамя, которое было закопано на территории имения Белковских, отдал свой последний приказ: распустить полк.

В эти драматичные и, как оказалось, последние минуты на польской земле отец отыскал моего деда, Станислава Эминовича, который после смерти на улице моей бабушки – Ядвиги (Булгарин-Эминович) бродил по руинам Варшавы. Отцу удалось покинуть (вместе со своим тестем) свою вторую родину на последнем немецком эвакуационном поезде в те минуты, когда советские танки начали входить в Варшаву. Семья воссоединилась в Вене и после трех месяцев пути добралась до Италии.
Ванда Эминович

Из Италии вместе с польской армией мы поехали в Англию. Сначала мы жили в лагере Тилсток, комендантом которого был отец, потом перебрались в Лондон. Родители все время искали во временных лагерях своих товарищей из АК.

Для меня, единственного ребенка, это незабываемые времена. Мне было четыре года, я была любимицей друзей моего отца: генерала Бур-Коморовского и его очаровательной жены Ирены, генерала Януша Глуховского и его жены - моей крестной матери, генерала Владислава Андерса и полковых товарищей. По желанию подчиненных отца из „Оленя” моё крещение было отложено (в своё время) на послевоенное время. Оно состоялось в Лондоне 28 декабря 1947 года. Крестной матерью была, как я уже вспоминала, жена генерала Глуховского, крестным отцом – генерал Казимир Соснковский, которого представил генерал Бур-Коморовский (вспомнить собственное крещение – это удивительное чувство...).

Я была с отцом в тот день, когда польские боевые знамена были сданы в музей в Лондоне, тогда я не понимала, почему все такие серьезные, почему у генералов слезы на глазах...

После войны и демобилизации нам не оставалось ничего, кроме эмиграции. Мы попали в Аргентину. Приплыли 28 февраля на военном транспорте. Вместе с нами на корабле были люди, у которых не было ничего – даже никаких документов. Сейчас же по прибытии отец приступил к созданию военных организаций: Независимого Товарищества Армии Краёвой в Буэнос-Айресе (много лет он был его председателем), Товарищества 7 Полка Уланов, а через некоторое время – Союза Кавказцев. Наконец, он стал вице-председателем Организации порабощенных народов Европы „Liberación Europea”; её председателем был литовец, генерал Теодор Даукантас, большой друг поляков.

Через четыре года после приезда в Аргентину после долгой и тяжелой болезни умерла моя мать.Она до конца мужественно занималась нашим скромным хозяйством и в меру возможностей общественной деятельностью. После её смерти на отца легла ответственность по воспитанию единственной дочери. С работой было нелегко, особенно польскому офицеру-профессионалу. Первые несколько лет он работал в порту грузчиком на разгрузке судов, потом на текстильной фабрике, тоже как рабочий. Впрочем, не он один был в таком положении. Польские офицеры, часто уже немолодые, работали ночными сторожами (например, дипломированный полковник Земовит Грабовский), рабочими на разных фабриках (например, генерал Ежи Завиша – на фабрике синтетических материалов). Потом, одинокие, в преклонном возрасте, они умирали в приютах для стариков.

По мере взросления я делила своё время между учёбой, общественной деятельностью и ведением хозяйства, позднее еще и работой. 13 декабря 1971 года Ядигар скончался от третьего инфаркта.
Зулейха-ханум Ядигар-Калиновская

Некоторое время спустя я поехала в Польшу, а потом в Англию. Я хотела показать многие памятные вещи и бумаги его товарищам. И в Варшаве, и в Лондоне меня необычайно тепло приняли. Один из незабываемых моментов - когда генерал Пелчиньский водил меня по лондонскому музею подпольной Польши. Товарищество выпускников Высшего Военного Училища, Главный совет SPK во главе с председателем Собоневским, Полковое Товарищество и многие другие организации воздали мне все почести, причитающиеся моему отцу.

Два года спустя я переехала в Испанию, в 1980 году вышла замуж за Ежи Калиновского, которого знала еще в Аргентине, внучатого племянника святого Рафала Калиновского.

4 августа 1990 года я перезахоронила прах моих родителей на мусульманском кладбище в Варшаве, с участием почетного караула Войска Польского. Так моя мечта исполнилась. Полковник Ядигар возвращался на свою вторую любимую Родину. Это стало возможно благодаря большой помощи моих хороших друзей и товарищей отца. Аргентина и Польша вместе преодолели организационные трудности.

Не знаю, как закончить эти воспоминания. Может быть, так: отец воспитал меня как польку, гордую своим кавказским происхождением.

Мадрид, май 2003.

Польская слава азербайджанского офицера - Вели бек Ядигар в проекте Lady.Day.Az "Любовь и ЖЗЛ Азербайджана"

Copyright © www.polonia-baku.org Wszystkie prawa zastrzeżone